Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:29 

Неделя 96 - голосование

Valery
Зло во имя Хаоса, ня!
Мы получили пять отличных текстов, и теперь пришло время голосования!
Выберите три текста, которые, по вашему мнению, лучшие, и расположите их в следующем порядке: от первого места к третьему. Также выберите еще один текст, который номинируете на специальную категорию (лучшая интерпретация задания). Желательно, чтобы один и тот же текст не был номинирован на призовое место и специальную категорию.
За себя не голосуем, не подбиваем других голосовать за вас - кому нужна такая победа?)

Форма голосования:
10, 7, 13
5

Также помните, что фикрайтер - личность творческая и очень ранимая, не можете сказать ничего хорошего - лучше промолчите.

Текст 1
Крюк/Эмма
написано на песню (до событий 2х14)

Это в конце концов уже смешно. Они сталкиваются снова и снова. Он то предлагает помощь, то требует чего-то, он то пешка, то играет сам. Эмма одолевает его раз за разом – то силой, то хитростью. То привязывает, то валит на землю… А он до последнего не хочет сдаваться, отпускает рискованные шуточки, уверенный в своей мужской неотразимости.
Эмма уже побаивается думать, чем всё это кончится. Она ведь прекрасно знает за собой слабость к плохим парням с благородными – вроде бы – сердцами. Она всегда была авантюристкой, как бы ни пыталась загнать это в себе поглубже. И в её игре с Крюком был азарт, и игра волновала.
Как его там – Джон, Джек? Нет, нет. Киллиан Джонс – вот как правильно.
Может, и стоит хоть чуть потерять голову. И пожить полной жизнью. И неважно, насколько далеко это зайдёт.

Текст 2
Грэм/Эмма
на тему

То, что бросило их друг к другу, наверно, нельзя было назвать иначе как наваждением. Хоть и случается, конечно, так, что таким вот образом начинается любовь на всю жизнь. И всё же – одно дело, когда люди просто друг другу понравились, когда им есть что обсудить и чем вместе заняться… и совсем другое, когда губы вдруг, сразу сливаются в поцелуе. Притом что ещё минуту назад Грэм мог бы поклясться, что единственная женщина, которая его волнует и занимает его мысли, – это Регина.
А дальше было ещё куда более странно. В его сознание хлынули невероятные… даже не мысли – образы.
Будто он когда-то жил другой жизнью. И она была настоящей. А теперешняя – приснилась. Вся, вместе с постелью госпожи мэра.
Там, тогда Охотник никому не кланялся. И за это поплатился сердцем.
А в этой жизни он ещё не знал, что его истории настал конец.

Текст 3
Руби/доктор Уэйл
на песню
Тяжело быть чёрт-те кем. Вернее, нет, не так. Тяжело это осознавать. Особенно когда осознание наваливается вместе с воспоминаниями, и ты точно знаешь, какой опасной тварью можешь быть. Даже если свои способности можешь использовать на общее благо.
Только Руби не умеет долго унывать. Дел и правда много. И она замечает – и все замечают: она на глазах взрослеет. Как-то само получилось, что и одеваться стала скромнее, и прокрашенную кровавым колером прядь ликвидировала.
Но самое главное в ней осталось неизменным. Как раз её жизнерадостность. Может, потому, что не зря сказано: помоги кому-то, кому ещё хуже, чем тебе.
Виктора Уэйла многие считают сомнительной личностью. Но бояться его как-то не тянет. Он сам запутался в своих прошлых и нынешних опасных экспериментах, он винит себя, он пьёт сверх меры и мечется по тёмным улицам…
– Я Франкенштейн, – мрачно говорит он Руби, когда та его догоняет.
– Подумаешь, – она откидывает за спину прядь, теперь не отличающуюся цветом от остальных. – А я оборотень, очень приятно.

Текст 4
Голд/Белль
на тему

Они все его покинули. Или, скорее, это он их потерял. Не удержал, стараясь сделать как раз обратное. Может, правы были те, кто сказал: не держи слишком сильно.
А если цинично – может, ему просто не хватало данных. И планы не были совершенны.
В любом случае он решил, что с него хватит. И именно поэтому не хотел подпускать эту девочку близко.
Только всё-таки подпустил.
Девочка настаивала, он отшил её очень резко – и почти искренне. И всё равно она поплатилась за то, что стала ему дорога.
Очень долго он думал, что она мертва. А потом вдруг обрёл её… чтобы вскоре снова потерять.
Она жива, телесно невредима, но ничего не помнит. Не помнит его.
А вот он спас свою жизнь. Хорошо бы было ради чего. Хорошо бы это был ещё не конец их истории.

Текст 5
Голд/Белль,
на арт

На улице, кажется, начался второй всемирный потоп. Белль тяжело вздыхает, но упрямо продолжает идти. Ни зонтика, ни плаща она не захватила, а пакетов, чтобы укрыть от дождя хотя бы тетради и книги, в библиотеке не было и в помине. Поэтому крепко прижимает к груди свою ношу, надеясь промочить её не слишком сильно.
Сознание гложет некоторое чувство дежавю. Ведь тогда, в том мире, когда Румпельштильсхен прогнал её, на улице лило точно так же.
Как ни странно, из воспоминаний о том дне сохранилось не так уж и много. Всё сумбурно и смешано, как грязь под ногами. Поцелуй-прощание, капелька злости и стенания непророненных слёз...
В тот день Белль казалось, что это конец.

- Мне кажется, Вам не помешал бы зонтик, принцесса! - нужно долго тренироваться в самоубеждении, чтобы не узнавать этот голос из тысячи. Белль, иногда к сожалению, иногда к счастью, таких навыков не имеет. Личный водный Ад над головой прекращается. Книги спасены и это самый веский довод, чтобы не убежать.
Девушка поворачивается, смотрит слегка недовольно. Рада и не рада. И всё ещё злится, конечно же.
- Белль, - только он так произносит её имя - слегка тягуче, говоря одним лишь словом всё и ничего, - Я пришёл извиниться, - протягивает руку, что замирает возле самого лица - спрашивает дозволения.
Монстр. Бездушный, целеустремлённый, что не остановится ни перед чем - так думают все.
Дышит слегка тяжело - кажется, что очень спешил. Рука, замершая в воздухе, едва заметно подрагивает. А глаза... О, эти глаза!
Несчастное животное. Раненное, испуганное, преданное. Не доверяющее никому, даже себе. Молящее о счастье и боящее ся его больше всего на свете - так думает она.
Извиниться? Это будет не так-то легко! Но, всё же... Белль закрывает глаза, этим жестом разрешая хотя бы попробовать.
Поцелуй-извинение со вкусом внезапно закончевшегося дождя.
Руки у Голда холодные и мокрые. И Белль становится как-то даже смешно. Где-то в дали, за всё ещё закрытыми веками, сияет радуга, а злость и обида уплывают на запад вместе с теми тяжёлыми тучами.
Всё же, это начало. Несомненное, очередное начало.


Голосование продлится до 7 апреля, 24:00 по Москве.
запись создана: 01.04.2013 в 20:13

@темы: Голосование

Комментарии
2013-04-04 в 08:50 

Valery
Зло во имя Хаоса, ня!
3, 5, 1
4

   

little ficfest

главная